Рейтинг СМИ

Посетите рейтинг сайтов СМИ. В рейтинге учавствуют лучшие СМИ ресурсы.

Перейти на Рейтинг
Home » Новости

Обзор районных газет

Среда, 22 апреля 2009

Борзинцы, правильно славящие Бога, ветераны без автобусов, наводнение в Забайкальске и ностальгия по БАМУ – в обзоре районных СМИ.

«Балейская новь» публикует возмущённое и невнятное письмо с заголовком: «Почему одни получают зарплату, а другие становятся крайними». Вообще – так всегда. Странно то есть, что они так удивляются.

В письме фигурируют фамилии мэра Балея и руководителей ЖКХ Балея и Балейского района, и выясняется, кто виноват «в трагедии по д. 30 по ул. Советская г. Балея». На уровне края о том, что под развалинами в Балее гибнут люди, быстро забыли, а в Балее, как выясняется, ищут крайних: «Комитетом коммунальной инфраструктуры городского поселения «Город Балей» «заведует» Заваруха Леонид Тимофеевич, которого почему-то никто не заслушивал, а именно он обязан и должен проверять ЖКХ в городе Балее. и он обязан был отслеживать ситуацию но ул. Советская, д. 30. Естественно, вместе с ним данную работу обязан был проводить и Гальченко Ю. А., и главы городского поселения и администрации городского поселения Моторин А.И. и Т.А. Кокташева. Однако Ромащенко В.А. должен почему-то отчитываться за «плохую работу» города Балея и городской администрации, когда он отвечает за работу в районе, иначе говоря, за работу по сёлам, которые указаны в ст. 5 устава муниципального района «Балейский район». За коммунальную инфраструктуру г. Балея он ответственности не несет. Для чего предназначен комитет ЖКХ в г. Балее? Просто так деньги получать и не отвечать ни за что?..»

Письмо, которое заканчивается утверждением «Ромащенко В.А. не является крайним в трагедии по д. 30 по ул. Советская г. Балея», подписано Н.В. Ромащенко и ещё двенадцатью «и другими».

Отчаянное обращение «Рвётся последняя ниточка связи» можно прочитать в «Вестях Севера»: «Просим срочно дать ответ руководителей электросвязи, которые отвечают за работу таксофонов. По каким причинам уже две недели нет связи? И какие предпринимаются меры? Через три недели у нас уйдет дорога-зимник, и как мы будем жить без связи, даже подумать страшно?! Радиостанцию закрыли и уже вывезли. У нас много детей, беременных женщин, в любое время может понадобиться консультация врача, санрейс, мы полностью стали зависимы от работы таксофона, это единственная ниточка связи с внешним миром. Ищите выход. Выходите на Правительство края, полномочного представителя РФ в крае, звоните во все колокола, верните нам связь по таксофону. Одни говорят, что что-то со спутником. И что теперь – молчать? Как, интересно, работают таксофоны в других сёлах? Просим в ближайших номерах газеты дать ответ».

«Православные мы потому, что правильно славим Бога», – к Пасхе для читателей борзинской районки «Даурская новь» на вопросы журналиста Надежды Афанасьевой отвечает отец Михаил, который возглавляет Свято-Сергиевский православный приход города Борзи.

Из интервью можно узнать, как попадают в Забайкалье священнослужители: «Родился он 25 августа 1953 года на Украине, в Черниговской области, в семье священно служителей. Родные готовили Михаила Соболева после окончания школы для поступления в семинарию или духовное училище, но по молодости лет он не пожелал встать на пусть служения Богу, поступил в Харьковское художественное училище. После окончания училища по распределению был направлен на работу в Усть-Илимск, откуда был призван в армию, служил в Забайкалье. После службы остался жить в нашем суровом крае. Основная часть жизни отца Михаила прошла в Забайкалье – в Оловяннинском и Балейском районах. Работал художником, преподавал в школе. Затем переехал с семьёй в Читу, где окончательно и определил свой жизненный путь».

«Можно ли про борзинцев сказать, что они стремятся к православию, духовности?», – спрашивает отца Михаила корреспондент.

«Да, борзинцы стремятся к вере. За годы, что я здесь служу, количество прихожан выросло намного. Уже этого приспособленного места, где мы молимся, в праздники не хватает. Людей все больше и больше приходит, многие приходят креститься. До меня священники здесь были, говорят, многих крестили. А я вот уже более четырёх лет служу, кажется, всех давно окрестил, а люди ещё идут», – говорит священник.

На вопрос, можно ли назвать современное время началом апокалипсиса, и прописано ли что-нибудь про это в Библии, он отвечает: «В Библии есть ответы на все вопросы. Но насчет соотношения её с современностью – наверное, тем, кто занимается всякими пророчествами, изучает её с этой точки зрения, старается проводить параллели с сегодняшним днем, Библия что-то и скажет. Но наша задача не в этом состоит. Библия для нас – история и помощник спасения наших душ. Не следует думать о том, что за собой влечёт кризис или другие явления. Об апокалипсисе написано в последней главе, в последнем пророчестве: «Ежели кто от этого пророчества что-то убавит, значит, не получит столько блаженства в царствии Божием, кто прибавит к этому пророчеству что-нибудь, то значит, столько язв получит». Исходя из этого, пророчествовать больше ничего и не надо. Живи и старайся угодить Богу – вот самая главная задача».

Из «Забайкальца» можно, наконец, узнать подробности непонятного наводнения в Забайкальске, которое показывалось по центральному телевидению, но странным образом отрицалось региональными властями.

На первой полосе издание публикует фотографии шурующего по улице потока и жительницы, стоящей чуть ли не по пояс в нём. Вполне возможно, что это коллаж, но фотография чёрно-белая и отпечатанная на линотипе. И из неё видно, что по пояс.

«Для малой детворы прибывающие ручейки были радостью редкостной – в кои-то веки в вечно засушливом Забайкальске появилась вода. Деньки выдались в прошлые выходные относительно тёплые, солнце пригревало, и ребятня с совочками да ведёрками что-то творила из сырой земли. Ничто не предвещало стихийного бедствия, ну а службы по их предупреждению у нас пока нет. Хозяйка одного из домов по улице Степная, 28 кв. 1 Оксана Гантимурова к вечеру в воскресенье слегка попеняла супругу, что дом подтопляет, на что последний взял лопату и пошёл строить запруды и отводить от дома воду. Вышли соседи с аналогичным орудием труда и вроде бы дружненько направили воду в нужное русло», – пишут журналисты М. Ермолина и С. Зарубина.

События принимают нешуточный оборот ранним утром, около четырёх часов: «… Всё той же Оксане сквозь сон почудилось журчание воды. Вскочила с постели, пол пока был еще сухой. С самым нехорошим предчувствием открыла подпол и забила тревогу. На ноги была поднята вся семья, даже трехгодовалая дочка. Вода прибывала слишком стремительно, под напором. В течение получаса всё вокруг плавало в ледяной воде: мебель, вещи, живность во дворе. На пульт дежурного Единой диспетчерской службы 5 апреля, в воскресенье, в 4.20 утра поступил звонок от встревоженных и перепуганных жителей. Пока местные власти ориентировались и собирались на место происшествия, пострадавшие от наводнения самостоятельно эвакуировались на возвышенные участки. С мужицким хладнокровием, бабьим воем и рыданиями стараясь спасти от намокания хоть какие-то вещи, хозяева сновали туда-сюда по ледяной воде, доходившей порой выше колена… В мгновение ока вода затопила пять двухквартирных домов по названной улице. То же самое творилось по улицам Юбилейная, Фестивальная, пострадали жители ПМК. В понедельник со стороны станции Мациевская быстрый бурлящий поток воды, образованный от обильного таяния снегов, продолжал свое разрушительное действие».

Журналисты ссылаются на забайкальских старожилов, которые говорят, что затоплений таких масштабов ещё не было, и отмечают, что угроза затопления продолжается, несмотря на отсыпку властями дамбы.

В традиционной рубрике «Красного знамени» Карымского района «Возьми меня к себе», журналистка О. Килина публикует очередную фотографию мальчишки из Курорт-Дарасунского детского дома. На этот раз мальчишка зовут Александром Валерьевичем: «Бывают дети, которые взрослеют раньше своего времени. Они выглядят старше своих лет, мыслят взрослыми категориями. Хорошо это или плохо, не знаю. Но мы-то с вами предпочитаем своих детей видеть детьми: детство должно быть у каждого, не правда ли? Саша как раз из таких вот «взрослых» детей». Деловито, без лишних фраз и эмоций, он излагает Килиной автобиографию:

- Зовут меня Александром Валерьевичем. Мне восемь лет. Учусь во втором классе. Без троек. В данный момент на индивидуальном обучении.

- Саша, а где твои родители?

- Папа убил маму, прямо в подъезде.

- Откуда ты знаешь, тебя же в детдом привезли, когда тебе было два года?

- Знаю. Отец – убийца. Он не только маму, он убил всех родных.

- Говорят, он к тебе недавно приходил?

- Я его видеть не хочу, знать не хочу. Пусть он не лезет в мою жизнь, бомж вонючий. Вырасту, отомщу ему за все.

- Как?

- Придушу.

- Саша, ты хорошо учишься. Кем ты будешь?

- Придёт время, воспитателям своим я скажу: идите, хорошие мои, отдыхайте!

- Ты будешь воспитателем в детдоме?

- Да.

«Могочинский рабочий» публикует смелый вопрос жительницы Ксеньевки: «Что сделал И.Г. Лола за период своей работы в должности главы нашего поселения?» и ответ, удивляющий как минимум своим появлением.

Первоочередным событием глава считает объединение МУПов ЖКХ «Забайкалье» и «Горводоканал»: «На данный момент положение в МУП «Забайкалье» ещё сложное: предприятие не может ежемесячно рассчитываться по заработной плате с рабочими, регулярно производить положенные отчисления. Причина: несвоевременные платежи за обеспечение водой и теплоэнергией предприятиями ОАО «РЖД», ОАО «Ксеньевский прииск» вообще хронический неплательщик. Все прячутся за словом «кризис», а если за ним спрячется МУП «Забайкалье»? Получается, потребители не платят за воду и тепло, а претензии выставляют, какие хотят. В сложной ситуации кризиса помогать друг другу надо, а не путать прокуратурой и губернатором».

К другим свои заслугам глава Ксеньевки отнёс ремонт двух мостов через реку Урюм на междуречье, ремонт электролиний по улицам Молодежная, Лесорубов, Зелёная, за что спасибо бригаде РЭС-22 под руководством Д. Мынина, уборку кладбища, восстановление летнего водопровода «на горе» и налаживание работы бухгалтерии администрации.

«Отчёты, – отвечает Лола, – вовремя не делались и не сдавались, проекта бюджета на 2008 год (который нужно было составить до ноября 2007 года) не было. Работы эти с большими усилиями в течение полугодия 2008 г. были сделаны. И в адрес администрации было уже гораздо меньше замечаний, а это напрямую связано с финансированием нашего посёлка. За все выполненные работы администрация городского поселения «Ксеньевское» производила оплату из бюджета поселения, утверждённого на 2008 год».

В этом же номере – письмо председателя совета ветеранов посёлка Ключевский Галины Хафгоовой: «В который раз пишу о бедах жителей наших посёлков, но воз и ныне там. Не слышат нас, простых людей, и не хотят слышать, вспоминая о нашем существовании только перед выборами, когда голоса нужны».

«А речь пойдёт, в первую очередь, о транспорте, – пишет Хафгоова. – Автобус давным-давно не ходит ни в Давенду, ни в Ключевский, ни, тем более, в Кудечу. В Могочу некоторое время ходили маршрутные такси, в которых пенсионеры ездили по льготной цене. Но вот и они перестали к нам приезжать, зато бурную деятельность развили частники. Цена проезда в один конец – 200 рублей, вот и считайте. А если человек, не дай бог, заболел, и едет на обследование или лечение, то редко двумя днями обойдешься. Где пенсионеру взять такие деньги? Любая справка из города, любая бумажка вылетают в копеечку. На льготный проезд, если не ошибаюсь, выделяются деньги из бюджета. Куда они деваются? И когда, наконец, пенсионер из Ключевского, Давенды, Кудечи будет ездить по льготной цене, как ему и положено? Мы уже не просим, а требуем, чтобы ходил к нам нормальный автобус, где учитываются льготы. Кроме того, председатель совета ветеранов упоминает, что на вокзале, где пассажиры ждут транспорт, ни одного стула, ни одной скамейки: «Люди вынуждены стоять часами. В начале марта пришлось как-то выстоять с трех до шест и часов, причем среди нас была женщина со сломанной ногой в гипсе. Ей пришлось залезть на каменный, холодный подоконник. Кое-как упросили по телефону г-на Селиванова прислать за нами маршрутку (тогда она ещё ходила к нам). Ясно, что вокзал железнодорожный, и эта организация не обязана ставить нам стулья, да и подметать в этом зале. Но неужели нельзя общими усилиями как-то решить проблему, ведь нужно-то две скамейки? Как тут не вспомнить о советских временах, когда сначала думали о людях, а не о деньгах. И автобусы тогда к нам ходили, и проблемы решались не в пример быстрее. Сейчас, как глухая стена, нигде ничего не добиться».

Воспоминания фронтовика М. Матвеева «Шли солдаты домой» напечатаны в «Новой газете» Красночикойского района: «Прошло 64 года после окончания войны с фашистской Германией. Молодежь, да и старшее поколение не знают, с каким трудом отправились в дальнюю трудную дорогу к месту жительства, домой, без сопровождения раненые солдаты. Кто с ампутированной ногой или рукой, ослабевшие от пулевых, осколочных ранений, недолеченные в госпиталях – воины-победители. Мы чтим в памяти погибших солдат, не вернувшихся с войны, чествуют ветеранов Отечественной войны, которых остается всё меньше, вспоминаем пропавших без вести. Но есть солдаты, которых мы не вспоминаем. Это те солдаты, которые по ранению, по болезни были комиссованы, и солдаты, прошедшие войну, вернувшиеся с победой домой в первые военные годы, возвращались и умирали от ран, полученных на фронте, и тяжёлых условий домашней жизни. Их инвалидность государство оценило дешево».

«День Победы как праздник не отмечался более двадцати лет, – рассказывает Матвеев. – Мне, прожившему долгую жизнь в селе Красный Чикой, где находятся районные организации, приходилось в послевоенное время видеть инвалидов войны, которые приезжали из деревень по разным делам, хлопотам. Их было много, передвигались кто, как мог. Протезов не было. Если кому удалось приобрести, то они были малопригодными. Ходили при помощи костылей. У кого нога ампутирована ниже колена, тому было удобнее передвигаться. Колотушка, сделанная самим же солдатом, которая в изгибе колена закреплялась ремнями, такое приспособление было устойчиво в передвижении. И можно было выполнять физические работы».

Матвеев, имени-отчества которого районная газета не указывает, а без них даже как-то неудобно писать о ветеране, вспоминает: «На экранах телевизоров мы видим редкие кадры кинохроники встречи возвращавшихся с войны солдат. Это встречи на перроне у вагонов. Встречи тех, кто жил в городе около станций. Выходили встречать проходящие воинские эшелоны. Может, повезёт, и встретит своего долгожданного. Куда позвонить солдату? Война всё перемолола: у многих остался только адрес: Советский Союз. Телефонной, телеграфной связью по разным причинам не воспользоваться, особенно в сельской местности. Не надо измерять сегодняшними мерками, что встреча – это значит цветы. Праздничное застолье. В то голодное время ничего этого не было. Встречи были у порога своего дома. Солдат-победителей очень ждали, ждала каждая семья. Но никто не знал, когда войдёт в дом долгожданный. Днем или ночью, зимой или летом. Демобилизация растянулась на два года. Засуха отняла у деревенского жителя всё, чем он жил. Хлебные карточки колхозникам не выдавались. Похудевшие, исстрадавшиеся матери и жены солдат, вложившие свое здоровье в непосильный труд, встречали своего героя. Что могли поставить на стол, чем угостить долгожданного сына, мужа, на которого подросшие дети смотрели с испугом, как на чужого. И солдату тоже ничем было угостить своего ребёнка».

«Демобилизация проходила в три этапа, по очереди, по возрасту. Солдаты в дороге питались выданным сухим пайком и по продовольственным талонам, которые предъявляли на станции, где была военная комендатура и продовольственные пункты. Удавалось подкрепиться кашей. Наша матушка-Россия велика. Приходилось сутками ехать поездом. Кому пришлось ехать в тёплое время, то это облегчало их путь домой. Вот она долгожданная станция, на которой ты выходишь. До дома рукой подать – близко. Но не так-то легко добраться до родного дома. Выйдя из товарного вагона, остаёшься одиноким. Тебя никто не встречает. Озабочен только одной мечтой и страхом, как добраться до родных мест. Станция Петровский Завод, на которую приезжали пассажиры, была многолюдна, автобусного движения и до войны-то не было. Грунтовые дороги были труднопроходимыми дли машин. Да и машин, перевозивших грузы от города до населённых пунктов, было очень мало. Поэтому было трудно найти попутку. Да и чем мог расплатиться солдат? У него одна валюта: солдатская шинель, которая в то время ценилась, вынуждены были идти пешком до Чикоя. А из Чикоя нужно было ещё добраться кому до Урлука, кому до Мензы, Черемхово и других сёл», – пишет фронтовик.

Он рассказывает и о себе: «Дождалась указа третья очередь демобилизованных, в которую входил мой год рождения, приказа 42-го года. Солдаты 23 по 25 год рождения демобилизовались весной 47-го года. Солдат-победитель, усталый, соскучившийся по родным местам, по семье, с большим трудом добравшийся до дома, встретился с другим врагом. Это военная разруха, двухлетняя засуха и отбирающий последние силы голод. Не все фронтовики победили этого врага. Умирали от полученных ранений и от «домашнего врага» – голода. И вот они-то и не попали ни в какие списки, по которым могли бы вспомнить их как солдат-фронтовиков. Ведь они тоже сражались за Родину-мать, за Сталина-отца. Напрашивается вопрос: Кто они? Неужели просто забытые нами люди?! Нет, они – солдаты! Солдаты-победители. И мы должны о них помнить».

Купить пункт искусственного осеменения всем селом призывает тут-халтуйцев завотделом сельского хозяйства администрации: «Сейчас в районе имеется шесть пунктов искусственного осеменения коров – в Первом Чинданте, Новой Заре, Кулусутае, Красной Ималке, Новом Дурулгуе, Верхнем Цасучее. Особенно эффективно работает пункт в селе Кулусутай, где техник-осеменатор Елена Тумунова. Там владельцы личных подсобных хозяйств уже на деле убедились, насколько большая разница в качестве приплода -10-12-месячный молодняк симменталов имеет вид взрослых животных. А семя есть разное, можно улучшить породу и в мясном, и в молочном направлении. Наша задача – оснастить пунктами искусственного осеменения все поселения, и соответствующая заявка в племобъединение подана. Но придется ждать, поскольку желающих много. Есть другой путь, по которому могут пойти в том числе и жители села Тут-Халтуй. На сходе граждан решить и закупить оборудование самостоятельно, например, в складчину. Стоит оно 50 тысяч рублей. Всем остальным материалом племобъединение обеспечит бесплатно».

«Вот и всё. Замкнулось полотно. И последний выложен портал. «Золотое» светится звено. Ты об этом десять лет мечтал. И когда оркестр громом брызнет, Ты поймешь, что в ливнях и в пыли Лучшую дорогу нашей жизни Мы с тобою вовремя нашли. Нам бывало трудно много раз, Но теперь спокойно оглянись: Стройка обошлась бы и без нас, Нам же без нее не обойтись», – публикует «Северная правда» Каларского района строки стихотворения поэта Владимира Гузия. На его стихи пелись песни во время районного семинара работников муниципальных библиотек Каларского района, посвящённого 35-летию со дня возобновления строительства БАМа и 25-летию стыковки «Золотого звена». «Когда верстался номер нашей газеты, мы узнали печальную весть о том, что на 54-ом году жизни скоропостижно умер Владимир Гузий», – сообщается после материала.

Материал «И сново о школе», подписанный «неравнодушными родителями» выходит в «Первомайских ведомостях». Похоже, что беда с образованием в Первомайске переходит из поколения в поколение и распространяется и на родителей, и на сотрудников районной газеты.

«На данный момент чиновники из районо ввергают наши школы в новый эксперимент, оправдывая свои действия недостатком финансирования и экономией в 1,5 миллиона рублей. Наши школы участвовали в каких только можно экспериментах: первыми стали сдавать 10-е классы ЕГЭ, введение профилированных классов, сдача в 9-м классе ИГА по принципу Единого Государственного Экзамена. Но кто посчитал или сказал, сколько денег выделено было на все эти эксперименты и где теперь эти деньги, что конкретно получили школы, кроме тех грандов в 1 миллион рублей, которые сами заработали. Насчет экономии тоже двойной вопрос, но главное, насколько пострадала психика детей при проведении одних только ЕГЭ, а насколько седых волос добавилось родителям? пытавшимся вразумить непутевое чадо. Поверьте, думаю не мало, мы все это проходили с ребенком и считаю, что в наше стрессовое время дополнительная нервотрепка вовсе не нужна.

Но, увы, чиновники считают, что им видней! Насчет экономии и финансировании образования в районе отвечают денег – мол нет, но извините почему та же Сиволап Т. А. находит возможность вводить четыре новые должности своих замов в администрацию района, забывая о скудности бюджета («Шилкинская правда» от 3.02.09). Пора задаться вопросом о приоритетах, – утверждают неравнодушные родители. – Что важнее расширение чиновничьих штатов, или наши дети и их проблемы?»

Обзор подготовила Екатерина Шайтанова

Источник: Читинский Городской Портал